Было бы по меньшей мере странно, если бы страш­ная и славная эпоха не создавала своих мифов. Было бы еще более странно, если бы и впоследствии о Наполеоновских войнах не ходило бы невероятного количества самых фан­тастических мифов.

Самый распространенный и самый простой из них: «в 1812 году французы воевали с русскими». Готово, уже чистой воды мифология. В Великой армии Наполеона фран­цузами были самое большее 50%. А называют и другие циф­ры — вплоть до 30%. Армия Российской империи состояла не из этнических русских, а из всех подданных империи. Изве­стен случай, когда Кутузова спросили: отпевать ли убитого татарина вместе с православными? С одной стороны, дикое кощунство. С другой — муллы поблизости нет, а могила уже выкопана, армия на марше, и если отнести в сторону труп мусульманина, солдат Российской армии так и сойдет в эту могилу без благоуханного дыма молитвы. Кутузов подумал и велел: «Отпевать!» Отпевать вместе со всеми.

Какие уж тут национальные разборки русских с фран­цузами.

Еще один миф — массового героизма русского народа. Как появилась на границах армия Наполеона — так русские толпами кинулись спасать Отечество от супостата. Этот миф как-то слишком многого не объясняет — например, от­куда в Великой армии Наполеона взялся Русский корпус аж из 8 тысяч человек. Не объясняет он и почему многих под­данных России, воевавших у Наполеона, потом довольно легко прощали. Хотя бы кавалера ордена почетного легиона, капитана Великой армии Яна Тадеуша (Фаддея Венедикто­вича) Булгарина.